Музей «Родной корпус» (Париж)

История российских кадетских корпусов в России и объединений кадет в эмиграции — во Франции, Сербии, Турции, Бельгии, Китае и других странах. Союз Российских Кадетских Корпусов (Белград — Париж), музей «Родной корпус» и Борис Приходкин.

Журнал «Кадеты» и Борис Приходкин

Борис Приходкин о себе и журнале в письме от 17 мая 1949 года Юрию Ложыженскому в Женеву (Швейцарию).:
«Номер 1 (журнала «Кадеты») разошелся весь и сейчас составляет уникум. N3 осталось несколько номеров, не совсем удачных. После этого номера я взял от Редакционной комиссии журнал и веду теперь его самостоятельно и как редактор, и как «писатель», и как переплетчик и издатель. Дело мое совершенно исключает коммерцию. Никогда я коммерсантом не был и, даст Бог, не буду. Преследую исключительно моральную сторону нашего зарубежного житья. Сохранение нашей истории – в частности, историю наших военно-учебных заведений и воспитание подрастающего поколения в духе наших старых традиций. Основа моего кадетского существа – завет Суворова: «Мы русские, помилуй Бог, как хорошо и паче счастливыми быть не желаем».
К глубокому моему сожалению, я только ночной сторож, без выходных дней, занятый 14 часов в сутки, считая с проездами туда и назад. А жалованье мне платят всего только 8000 франков в месяц. Три года тому назад я нанялся за 4000 и все говорили, что я дурак. Но вот прошли эти три года и в результате – умных уволили, а дурак остался. И печатаю я по ночам наш журнал, коротая таким образом ночные часы. Много приходится днем ездить в поисках материалов для журнала (стенсили, бумага, обложка и прочее). Цены возросли очень, но я не увеличиваю платы за номер, считая, что большинство читателей молодежь, не имеющая средств. Последний номер (пасхальный) обошелся самому в 95 франков, а продаю за 100. Рассылка и переписка по этому номеру обошлась в 1017 франков. Но я не падаю духом: начинает выписывать журнал Америка (доллар за номер). Получаю лестные отзывы, из коих утешил старик, профессор: «Я не кадет. Прочитал у знакомого Ваш журнал. Что же я могу о нем сказать – это сказки для детей младшего возраста. Но почему же я – профессор старик, плачу, читая эти сказки.»
От одного советчика из (лагеря) Ди-Пи получил такое письмо: «Господин полковник. В нашем лагере есть много ваших старых кадет. Они дают нам читать ваш журнал. Вы пишите там, что никакая политика в журнале не допускается. Но вы сами не понимаете, какая пропаганда заключается в вашем журнале. Мы читаем, хохочем до слез, а потом каждый вздохнет и скажет: «Эх, хорошо раньше жилось в России». Так это же и есть самая настоящая пропаганда. И крыть им нечем. Пожелаем вам успеха и на дальше». Следуют подписи. Я рассылаю по лагерям (беженским, перемещенных лиц) бесплатно до 30 номеров. «Да ведают потомки православных…»
Пишу я Вам все это, чтобы Вы не заподозрили меня в использовании журнала для собственной жизни, для личных целей. Мне 72 года и личная жизнь моя кончилась уже давно. Развалилась армия, разъехались по домам мои «батарейцы» и жизнь потеряла для меня смысл. И вот теперь я принялся за молодежь. Помогаю, сколько могу всем детским организациям, внушая детям, что все мы русские, и ссориться нам не следует. Не все «господа начальники» организаций довольны мной: кадет, офицер, это ведь люди социально несознательные. Оно отчасти и верно; мы, кадеты политикой не занимались, мы готовили себя на жертву Родине. Для нас Бог, Царь и Россия были святыми словами и им мы не изменяем и теперь. Конечно, в семье не без урода. И у нас есть изменники, но их, слава Богу, единицы и мы изгоняем советские паспорта из своей среды безжалостно.
«Огонь и воду, жар и холод
Прошли мы все в свой краткий век,
Но под значок, где серп и молот,
Никто не шел из нас кадет».
Редактор журнала «Кадеты» и генеральный секретарь Союза кадет, артиллерии полковник Борис Приходкин (кадет 2 Московского Императора Николая Первого корпуса, портупей-юнкер Константиновского артиллерийского училища и офицер непревзойденной Русской императорской армии)

Кадеты и Великий князь Владимир Кириллович Романов

Письмо из Парижа от 23 июня 1949 года Лодыженскому в Женеву: «Глубокоуважаемый Юрий Ильич! Спасибо Вам за совет – послать Его Императорскому Высочеству комплект журналов «Кадеты». И другое спасибо за помощь по отправке этого комплекта. Отправку эту придется задержать на несколько дней, чтобы подождать выхода N 8. Он должен выйти через 3-4 дня. За это время я, быть может, куплю у кого-нибудь N1, так как он разошелся весь. Один коллекционер из Америки просит меня купить ему этот номер, причем перед ценой не останавливается. Конечно, для Великого князя (Владимира Кирилловича) я тоже не остановлюсь перед ценой. У Романовых мы в неоплатном долгу. Совершенно согласен с Вами, что для Него будет полезно ознакомится с бытом тех детей-юнцов, из которых строился фундамент Российской Императорской Армии. Да, надеюсь, что и не скучно будет читать журнал. Отправлю по данному Вами адресу заказной бандеролью, чтобы в пути какие-нибудь «Одесские любопытные» не выкрали. Не знаю, видели ли Вы у Него «Общую тетрадь кадета-суворовца», которую поднес ему мой друг Сергей Григорьевич Двигубский . На всякий случай, рекомендую Вам этого человека. На него можно опереться во всех отношениях. Он служит чертежником на алюминиевом заводе в Риуперу (около города Гренобль, Альпы) и пользуется там большим уважением властей и дирекции завода. Его ненавидят сов патриоты, даже грозились его убить во время ухода немцев, с которыми он ничего общего не имел, расценивая Гитлера как и Сталина – злостным врагом русского народа. Рисунки Двигубского Вы видите в журнале «Кадеты». Это мой постоянный сотрудник и родной по духу человек. Такая же его жена, такая и мать. Семья на редкость цельная, а уж русская так больше, чем на 100%. На бывшей выставке «Пишеней» он получил Первый по Франции приз за выставленный им рисунок «Баскэ». О нем будет в 8 номере журнала.
Еще раз спасибо Вам. Стараюсь найти книгу Шафирова, чтобы написать Вам о ней подробнее. Но это теперь антикварная редкость. Вероятно, была в Тургеневской библиотеке, уворованной немцами как «военный трофей». За такие «трофеи» в нашей армии расстреливали, приравнивая такое действие к мародерству у мирного жителя. Сердечно благодарный, неисправимый кадет Борис Приходкин.

Комментарии к рисункам в журнале. «При Суворовском кадетском корпусе в Варшаве был приют для сирот». Обратите внимание на униформу этого приюта: В целом форма как у кадет, но погоны и кокарда на фуражке другого типа.  Погоны поперечные, как у студентов и гражданских чиновников, но с такими же шифровками, как у кадет Суворовского корпуса. Вместо кокарды на фуражке такая же шивровка (называемая также «трафаретом).